Стихотворения » грустные

Красивые, душевные и трогательные до слез стихи грустные которые затронут душу!


1 2 3 »

Писать красиво не умею,
Но так сложилася судьба,
И я один в огромном мире,
И жизнь сломалась у меня.

А дни проходят как обычно,
Вокруг проблемы, суета.
Один сижу душой рыдая
Теряя близких навсегда!

Зачем стремился, строил планы?
Зачем доверился тебе?
Тебя всегда считал я другом,
Зачем открылся я тебе?

Предательство как нож мне в спину!
Я повернулся…. не упал!
Второй удар пришелся в сердце
И я от боли застонал.

Доверие - фундамент отношений,
На нем построил я судьбу,
Но ты порвала его в клочья,
Поставив крест на жизнь мою.

Я плакал и просил поддержки,
Ведь мозг не сразу осознал,
Что то, во что я свято верил
Втоптали в грязь........

Я пил спиртное словно воду
И бил об стены кулаки,
Но ложь - как яд пошла по венам,
Сжигая тело изнутри.

Душа рыдала и стонала,
И сердце рвалось из груди.
Кричал от боли я без звука
И ноги "ватные" не шли.

Зачем, и в чем я провинился?
За что держу такой удар?
В чем виноват перед тобой я?
За что сломала ты меня?

Горя в аду предательства и лжи,
Возник вопрос: где будешь Ты?
Начну с начала строить жизнь,
Я птица "Феникс"!!! Я ВОСКРЕСНУ!!!!!

грустные | красивые | Н.А.Г. |

Как больно ждать и знать, что ты не ждешь
Как больно знать, что больше ты не любишь
Так знай, душа - ты от любви умрешь
А ты взмахнешь рукой и все забудешь

Так больно было вымолвить «прощай»
Еще больней простить тебя мне будет
И даже если я прощу тебе, пускай
Но сердце такой боли не забудет

Как больно слезы жгут мои глаза
Все в черно – белом цвете оказалось
Через окно ругается гроза
На то, что небо тоже разрыдалось

Как больно от того, что не вернуть те дни
Когда могла тобою любоваться
Нам не хватило на двоих моей большей любви
Как больно от того, что нам пришлось расстаться

Как больно от того, что больше ненужна
Я для тебя растаяла с снегами
Как больно от того, что больше не важна
Тебе важней всего, что ты с друзьями

Как больно от того, что больно не тебе
Дай Бог, чтоб мы не встретились с тобой когда-то
Как больно от того, что все же встречи жду
Мне стоит все забыть, не хочется, а надо

Как больно от того, что больше не коснусь
Твоей щеки своими теплыми руками
Как больно от того, что больше не вернусь
В твой дом – ты для меня отныне под замками

Как больно от того, что больше нечего сказать
Да и зачем, все сказано глазами
И на прощанье остается помолчать
Прощай Андрей , теперь ты только память ...


Когда-то давно жил я в стареньком доме.
С тех пор пролетел не один уже год.
И всем его жителям было известно
Насколько уродлив был местный наш кот .

Уродливый кот был всегда узнаваем –
Он был одноглазый и с ухом одним.
И знал он, как трудно на свете бывает,
Когда ты один и никем не любим.

Оторванный хвост, и поломана лапа
Срослась под каким-то неверным углом.
И множество шрамов.. А был он когда-то
Приятным на вид полосатым котом.

Кота никогда и никто не касался.
Бутылки и камни бросали в него.
Водой ледяной поливали из шланга.
Пытаясь прогнать со двора своего.

И лапы ему защемляли дверями,
Когда он пытался войти в чей-то дом.
Страдая от боли, зализывал раны
Уже много раз он под чьим-то окном.

Но все удивлялись, насколько отважен
Был этот невзрачный уродливый кот.
И если из шланга его поливают –
Он мокнет покорно, но не отойдёт.

И даже когда в него что-то бросали,
Он тёрся о ноги о ласке прося.
Увидев детей, он бросался за ними.
Мечтал о заботе, да только вот зря..

Не мог он понять, почему в целом мире
Не встретить того, кто бы смог приютить.
И хоть он уродлив и грязен снаружи,
Но с чистой душой и умеет любить.

Однажды кота покусали собаки,
Что жили напротив в соседнем дворе.
Послышался лай и о помощи крики.
Спустился я вниз – кот лежал на земле..

Уродливый кот был ужасно искусан,
Всё тело в крови. Он почти умирал.
Пытаясь укрыться от страха и боли,
Свернувшись в клубок, неподвижно лежал.

Он знал - наступает конец грустной жизни.
И след от слезы пересёк его лоб.
Я нёс его в дом, он хрипел, задыхался.
Мне стало вдруг плохо, меня бил озноб..

Я чувствовал то, как ему было больно.
И как тяжело ему просто вздохнуть.
Но вдруг он к лицу моему потянулся
И робко меня попытался лизнуть.

От слёз задыхаясь, к нему я прижался.
Прильнул он к ладони моей головой.
Его добрый глаз вдруг ко мне повернулся –
И кот замурлыкал, почти неживой..

И даже сквозь самые сильные боли
Просил этот кот лишь о капле любви.
О капле сочувствия, что в этой жизни
Мы доброе сердце сберечь не смогли.

Я в этот момент неожиданно понял,
Что самый красивый и любящий тот,
Кто смотрит сейчас на меня, умирая,
Обычный уродливый уличный кот.

Впервые он чувствовал чью-то заботу.
Нашёл он того, кто сумел полюбить.
И счастлив, что встретил того, кто смягчает,
А не пытается боль причинить…

Он умер чуть раньше, чем мы были дома.
Я сел у подъезда с котом на руках.
Держал его долго, пока не стемнело.
В душе поселились тревога и страх.

Ведь я осознал, что несчастный калека
Меня изменил за один только миг.
Он мне сообщил о страдании больше,
Чем тысячи лекций, уроков и книг.

Он мне расцарапал не тело, а душу.
И пусть в моей жизни немало забот,
Но я к одному только буду стремиться -
Учиться любить как,
Уродливый кот.


Осенний сад. Промокшая скамейка.
И листья подметает, неспеша,
Усталый дворник в ветхой телогрейке.
А под скамейкой съёжилась душа.
Да, да, душа. Обычная, вот только
Промокла и от холода дрожит,
И вспоминает, как хозяин колко
Сказал: «Душа, ты мне мешаешь жить.
Болишь по всякой убиенной мошке,
Сжимаешься от плача малыша,
Мой завтрак отдаёшь бездомной кошке -
Я больше не могу с тобой, душа.
Мои глаза давно устали плакать.
Прошу те6я, как другу, уходи».
Она ушла в сентябрьскую слякоть,
И с нею вместе плакали дожди.
Блуждала долго мокрыми дворами,
Заглядывала в окна и глаза.
Над нею осень хлопала ветрами,
И вслух с судьбою спорила гроза.
Осенний сад. Промокшая скамейка.
И листья в который раз падают, шурша.
Работу кончил дворник в телогрейке.
А под скамейкой умерла душа..


Всю смелость и любовь сожмав в кулак,
Я прежние стереотипы рушу.
Среди подруг произношу: "какой дурак!",
А по ночам -
Заштопываю душу.

грустные | короткие | Ангелина Болотская |

Да, больно. Нет, коплю, не плачу.
Я всё стерплю. Я не могу иначе.
Пусть разобъётся сердце на осколки,
Пусть крылья вырвут мне, я не заплачу.
Я буду всё хранить в секрете.
Я буду изнутри сгорать, ломаться,
Мне очень больно. Я терплю.
Я не могу вот так сорваться.
Я замолчу, когда захочется кричать.
Я буду улыбаться и сиять,
Скрывая свою боль за маской.
Когда захочется сорваться
Я рот закрою. Пусть слёзы потекут,
Пусть буду медленно на части рассыпаться,
Я промолчу. Я буду до конца держаться.
Да, больно. Нет, молчу, не плачу.
Всё почему? Я не могу иначе...


Общаясь всюду и везде,
Как больно видеть ложь во фраке.
Чем ближе узнаю людей,
Тем больше нравятся собаки.


Проблема всё время та же
И сносит отчасти крышу:
Как быть ото всех подальше,
Но стать хоть кому-то ближе?


И, ступив на порог ногой,
Ты о прошлом не сожалей,
Ведь во фразе «Побудь со мной»
Нет ни капли от «Будь моей».


Постой, не проходи, взгляни в окно,

Там за окном дитя, во взгляде бездна,

Он в этом детском доме уж давно,

И, кажется, уже не интересно

Ему, что там, за каменной стеной,

Постой, не пожалей своих минуток,

Это могло бы быть с любым, с тобой,

Когда такой вот взгляд, но почему так?

Прививку депривации сполна,

Он получил ещё в доме ребёнка,

Где с ним не нянчились с рождения никогда.

Менялись по часам под ним пелёнки,

Кормили и поили по часам,

Спать захотел, малыш, так вот кроватка,

И словно маятником, он головкой, сам,

Качал, качал, пока не падал…. Жалко,

Как жалко, их, рождённых невпопад,

Не так и не у тех, и не в то время,

Сердечки их стараются, стучат,

Но от тоски им биться всё труднее.

Малыш заснул, дай бог, чтоб видел сны,

А может быть, там были мамы руки?

И были даже ласковы они,

Но, снова, целый день, часы разлуки.

Мелькал перед глазами персонал,

Да молча подходили, есть давали,

А малышок, одни глаза искал,

И руки, что во сне его качали.

Бежали дни, ни кто не прижимал

Его к груди, ни целовал в макушку,

Ни пожалел, и даже не узнал,

Когда у малыша болели ушки.

К головке прижимались кулачки

Но он не плакал, плачут, чтоб жалели,

Лишь взгляд его от боли и тоски,

Кого-то звал, чрез прутья колыбели.

Он бы хотел, кого то полюбить,

Узнать хотя бы, что это за чувство,

Но с той минуты, как он начал жить,

Сменялось нянечек не долгое дежурство.

Они бежали к детям и мужьям,

И берегли любовь свою, для дома.

Малыш ещё смотрел по сторонам,

Пытаясь угадать, может знакомо…

Ему вот это или то лицо,

Может запомнить лучше, привязаться,

И полюбить, без разницы, за что,

Да просто, человеком, чтоб остаться.

Ведь человек рождён, чтобы любить,

А если не научишься с пелёнок,

То организм причин не видит жить

Сколько таких, и взглядов их бездонных.

А перед ним, мелькал всё персонал,

Кормили, мыли, памперсы меняли,

А кто-то даже тихо обнимал,

Но эти руки снова пропадали.

Постой, не проходи, взгляни в окно,

Ты вечерами свою гладишь кошку,

Ты к ней привязан, даже любишь, но,

Подумай, может, дашь дитю немножко…

Своей любви, тепла, ведь не война,

Хотя тогда сирот соседи слёзно,

Но в дом пускали, значит в нас вина,

Подумай, может быть ещё не поздно…

грустные | длинные | Татьяна Нустрова |

Я тебя никому не отдам -
Замерзающий плакал котенок,
Умудренный не по годам,
Рыл он снег серебристый под кленом.
Навсегда я останусь с тобой,
Я спасу нас обоих от стужи,
Потому что под этой луной
Мне никто больше в мире не нужен,
Я сейчас закопаю нас в снег,
Там тепло, отогреются лапки,
Мимо быстро прошел человек,
В зимней куртке и пуховой шапке.
А потом все опять расцветет,
Будет солнце сиять над землей,
И никто никогда не поймет,
Что пришлось пережить нам с тобой.
Ты держись, не смотри, что я мал,
Что в кровь изодрались ноги,
Я не выдохся, просто устал,
Ничего, нам помогут боги,
Нет, серьезно, я слышал о них,
Есть такие кошачьи боги.
Даже ветер в долине стих,
Слушал сказ малыша у дороги.
А котенок копал и копал,
Вспоминая о солнечном лете,
Он, безумец, еще не знал,
Что остался один на свете.
Рядом с ним, на седом полотне,
Еще теплое тело лежало,
А из глаз, по мохнатой щеке,
Золотая слезинка бежала.
Эй, малыш, перестань копать,
Все-равно ей уже не поможешь,
Будет лучше тебе поспать,
О нее погреться ты сможешь,
Но безумец не слышит, сопит,
Он не сдастся теперь холодам
И упрямо во мглу твердит,
Я тебя никому не отдам.
Время - за полночь, люди спят,
Находясь в поддельном раю,
У котенка глаза блестят,
Он закончил работу свою,
Тихо, тихо ступая на снег,
Подошел туда, где трупик лежал
И почти как человек,
Он на ушко ей прошептал-
Мама, мамочка, я с тобой,
Я тебя никому не отдам,
Я у клена, под снежной горой,
Нам построил постельку, мам,
Он туда перенес ее,
А потом закопался сам,
Колыбельную пел мороз,
Но ее не услышить вам,
Колыбельная эта для тех,
Кто любовью всю жизнь живет,
Забывая о бедах своих,
Только верность в крови несет,
Он, безумец, в холодном снегу,
Он за ближнего душу отдал,
До последнего мига, в бреду,
Он за шею ее обнимал.


А ты когда-нибудь любил?
До сумасшествия, до боли.
В подушку судорожно выл,
За то, что вот такая доля?
И от бессилья стиснув зубы.
Душой то ласковый, то грубый.
Пытаясь мир перевернуть,
Чтоб лишь познать, той жизни суть.
Пытался кулаками бить,
Сбивая в кровь свои костяшки,
В запои даже уходить,
Когда бывало очень тяжко?
А ты кода-нибудь любил?
До немоты, до дрожи в теле.
Когда кричать уже нет сил,
А нервы «к черту» на пределе.
Когда нет слёз, а крик в ушах,
Немой, орёт, тебя же глуша.
А ты смотрел на образа,
Молясь за ту любовь послушно?
А ты когда-нибудь любил? …
А ты умеешь сердце слушать?

грустные | про боль в душе | Марина Грация Почитальная |

Мой ребенок хочет в облака
В небе он мечтает прокатиться
На пушистых белокрылых птицах,
Но его не сбудется мечта.

А однажды посмотрев мультфильм,
В Дисней Ленд во снах уже он мчится,
С мультгероями мечты его сдружиться,
Но не сбыться никогда и им.

Мой сынишка потерял покой,
Он о море столько слышал летом,
Что теперь мечтает лишь об этом
Но мечта останется мечтой.

У фруктового стоим ларька,
Хотя что стоять с пустым карманом.
К ананасам, киви и бананам
Детские прикованы глаза.

Он уже не просит ничего,
Знает, что у мамы денег нету.
Может лишь дешевую конфету,
Не надеясь получить ее.

Господи, Страна, да что с тобой,
Твои дети только лишь родившись,
В первый раз чему-то удивившись,
Расставаться учатся с мечтой.

Как детей ты можешь разделять
На любимчиков и не любимых,
Чтоб одним казалось, что весь мир их,
У других же малое отнять.

грустные | длинные | Татьяна Нустрова |

Передо мною тишина.
Лишь позади тревожный шепот .
И я сейчас опять одна.
Шагов не слышно. Бездна. Пропасть.

Передо мною пустота.
Священно солнце темных бликов.
Священный ноль небытия.
И ночь мертва без зла и криков.

Вдыхаю сухость темноты.
Качнется голова спокойно.
Смешенье красок впереди.
Темно. Легко. И мне покорно.

Стук сердца слышу. Вдох. Полет!
Навстречу серой паутине…
И много лет спустя восход
Испортит мертвую картину.

Лучи тугую тьму пронзят.
Туман над бездной посветлеет.
Восход-закат, восход-закат…
Но мир никак не повзрослеет.


Передо мною тишина.
Лишь позади тревожный шепот .
И я сейчас опять одна.
Шагов не слышно. Бездна. Пропасть.

Передо мною пустота.
Священно солнце темных бликов.
Священный ноль небытия.
И ночь мертва без зла и криков.

Вдыхаю сухость темноты.
Качнется голова спокойно.
Смешенье красок впереди.
Темно. Легко. И мне покорно.

Стук сердца слышу. Вдох. Полет!
Навстречу серой паутине…
И много лет спустя восход
Испортит мертвую картину.

Лучи тугую тьму пронзят.
Туман над бездной посветлеет.
Восход-закат, восход-закат…
Но мир никак не повзрослеет.


В сторонке бабушка стояла,
Рецепт, потертый кошелек…
А по щеке слеза бежала…
Жестокости немой упрек.

Тихонько отошла и плачет,
Ведь на лекарства денег нет.
Другие люди, спрятав сдачу
Спешили, суета — сует…

У каждого свои проблемы…
У каждого судьба своя…
А у нее кружились стены,
От слез болела голова…

Последние считает крохи,
До этого пришлось дожить…
На том листке, всего лишь строки,
От этих строк зависит жизнь…

И женщина, приняв своею,
Ту боль, что в тех глазах прочла,
К окошку повела, жалея,
И мимо боли не прошла…

Держалась за руку старушка,
Боясь надежду потерять…
К окошку шла она послушно,
Чтобы рецепт опять подать…

Та женщина все оплатила,
Вложила деньги ей в ладошку…
У бабушки слеза застыла…
Не верила, так быть не может…

Привыкли мы в добро не верить…
Проходим смело мимо слез…
Мы душу спрятали за дверью,
А на добро — немой вопрос…

А бабушка, поверив в чудо,
Поверив — есть добро на свете,
Быть может долго помнить будет,
Молитвой на добро ответив…

грустные | про боль в душе | Натали Давыдова |

Я вылечусь временем - лучшим из лекарей...
И каждому Бог по заслугам воздаст...
С одной стороны - мне довериться некому,
С другой стороны - хоть никто не предаст.

Теперь я сама себе стала хозяйкою:
Хожу по гостям, где давно не была.
С одной стороны, что разрушилось - жалко мне,
С другой стороны - я уже не могла.

Закрыты все двери и камни все содраны.
Отныне навеки я стала чужой.
С одной стороны, без любви - очень холодно,
С другой стороны - мне спокойней одной...

Пойду, как сумею, своею дорогою,
Не любят, не помнят, не верят, не ждут...
Я знаю одно: лучше быть одинокою,
Чем ждать, что тебя, как всегда предадут...


А я, на свет сегодня появлюсь,

Сегодня день для моего рожденья.

Немножечко волнуюсь и боюсь,

Впервые будет каждое мгновенье.

Впервые я заплачу и вздохну,

Впервые улыбнусь во сне кому то,

На свет в окне впервые посмотрю

И видеть мамочку мою впервые буду.

Она меня, наверное, возьмет,

Обнимет нежно, к сердцу прижимая.

И песенку тихонечко споет,

Давая грудь и, на руках качая.

А за окном будут кричать «Ура!»

Пускать шары, размахивать цветами.

И целый мир будет встречать меня

С распахнутыми настежь городами.

Пора! И я стараюсь со всех сил,

Чтобы скорей прервались мамы муки.

Но …кто железный тазик подложил?

И где врачей заботливые руки?

Как быть, я уже скоро упаду

Головку разобью о таз железный

Эй, кто-нибудь, ведь я же так умру

И будет плакать мама безутешно.

Я маме в сердце ножкой постучусь!

«Я, мама, падаю, мне подстели простынку!»

Как ножке холодно, от сердца я стужусь?

Но, почему у мамы сердце – льдинка…
P.S.

Мне жизнь дала лишь несколько секунд.

Впервые вздох, испуг и боль впервые.

Да и они сейчас уже пройдут

Но… чьи-то руки на лету схватили.

Две сильные, огромные руки,

Они похожи на медвежьи лапы.

Обняли меня, к сердцу поднесли,

Как хорошо, что есть еще и папы.


Когда от боли капает слеза…
Когда от страха сердце бьется…
Когда от света прячется душа…
Когда от горя жизнь вся рвется…
Ты посиди тихонько в тишине…
Закрой глаза, и понимая, что устала…
Сама себе скажи наедине…
Я буду счастлива! Во чтобы то ни стало!!!


Доверие уходит по-английски.
Его теряют раз и навсегда.
Уходит - и ему не возвратиться
Ни через месяц, ни через года.

Доверие уходит не прощаясь,
В душе лишь оставляя пустоту.
Порой кусок из сердца вырывая,
Похоронив надежду и мечту.

Оно с собой твою уносит веру
В того, кого любил и уважал,
Взамен тебе оставив боль без меры,
Потери горечь и в спине - кинжал.

И те, кто у тебя его ворует,
Живут-не тужат, совесть их не ест.
Но для тебя - уже не существуют.
Осталась только память - словно крест.

…Пусть эта боль тебя не убивает,
Хоть и земля уходит из-под ног.
Ты знай - намного больше тот теряет,
Кто растоптать твоё доверье смог!

грустные | про боль в душе | Забавина Арина |

Ты не со мною, ты не рядом

И нет уже пути назад.

Не нужно больше слов, не надо,

Оставь лишь молчаливый взгляд.

Все пережито, песни спеты,

Погасли звезды за окном.

Пришла зима, уходит лето

И пеплом стал наш общий дом.

Забыты все минуты счастья,

Минуты радости и грез.

За солнцем вслед пришло ненастье,

За тишиною – ливень слез.

Былой любви разбита чаша,

Былых побед утерян приз.

Вся наша жизнь – уже не наша,

Такой вот у судьбы каприз.

«Нас» нет, теперь мы одиноки,

«Нас» нет, есть только «ты» и «я».

Мы нелюбимы, но свободны,

И ты не мой, я не твоя.

Но мы навеки будем вместе

В моих не сбыточных мечтах.


Ты мой, а прочее не важно,
Ни расстоянья, ни года.
Все потому, что мы однажды
Случайно встретились тогда,

На перекрестке двух столетий,
На перехлесте двух миров.
И ты один такой на свете,
Пусть даже ты пришел из снов.

Пусть ты далек, но разве это
Любви помехой может быть?
Езжай, родной, хоть на край света,
И там смогу тебя любить.

И разве важно, что не вижу
Тебя уже я столько лет?
Я расстоянья ненавижу,
Тебя забыть, желанья нет.

«Ты мой, а прочее не важно»-
Я не устану повторять.
Любить тебя совсем не страшно,
Пусть что угодно говорят.

А я молву не стану слушать,
Пускай не стелется зазря.
Ведь я, конечно, знаю лучше
Какой ты есть – такой как я.

Ты мой. И горестно и сладко
Опять об этом говорить.
Но вот могла б я без оглядки
Твоей единственною быть...

Хотя, зачем такие муки?
Ты жил, одну меня любя,
А остальное все со скуки
Всего лишь было у тебя.

Ты мой, беда моя и счастье,
Ты мой бесценный человек.
Я полюбила в одночасье,
А разлюбить не в силах век.

Я все придумала? Пустое!
Я не смогла б так сочинять.
Ты мой. Поверь мне, остальное
Уже неважно для меня.


Незаметно исчезают друзья.
Реже встречи и короче звонки.
Изменить, наверно, это нельзя,
Если вы уже другие внутри.

И никто не виноват - просто жаль,
Что у всех такая разная жизнь.
Наше прошлое, летящее в даль,
Превращается легко в миражи.

Да и времени практически нет.
А еще по вечерам мало сил.
Шлешь на праздники привычный привет,
И не важно: кто писал, что спросил.

В разных странах или рядом сейчас,
Мы с друзьями, но ничьей нет вины -
Забывают постепенно про нас,
Забываем про кого-то и мы.

Может это и нормально вполне?
Может это происходит у всех?
Кто-то вырвался вперед на коне!
От другого отвернулся успех.

Но ведь нечего делить нам уже
Кроме мыслей и простых новостей.
И печально на любом рубеже
Вдруг остаться одному, без друзей.

Все, что было - это было не зря.
Ради дружбы постарайся, пойми.
Так обидно исчезают друзья
И вернуть их невозможно ... почти!

грустные | красивые | Давыдов Петр |

Мне хочется назвать тебя своим,
за ту любовь которой я дышала
За то что никогда таким родным,
таким хорошем словом не назвала
Мне хочется назвать тебя своим.
за бесконечные те дни разлуки
За то что не смогу прижать к себе,
твои родные ласковые руки
Теперь ты стал далёким и чужим
и встречи наши скоро по забудешь
Мне хочется назвать тебя своим
за то что ты им никогда не будешь...


Ты моя боль и ошибка,

Ты нежность моя и улыбка,

Ты слезы мои и печали,

Рассветы, что врозь мы встречаем.

Узор на окошке морозном.

Ты близкий мой, но невозможный,

Слезинка дождя, что стучится Ты моя боль и ошибка, Ты нежность моя и улыбка,

В окно, чтоб потом раствориться.

Ты капли весенней капели,

Слова, что сказать не успели,

Мечты, что уже не свершатся,

Ты остров блаженства и счастья.

Ты свет той звезды путеводной,

Что светит свободно и гордо.

Ты добрая детская сказка,

Ты море, дарящее ласку.

Далекий ты мой, долгожданный,

Случайный, забытый, незваный.

Ты счастье мое невозможное,

Любимое, светлое прошлое.


Умейте удалять ушедших номера.
Из памяти. Потом из телефона.
Умейте уходить. Сжигая боль дотла.
Такая жизнь. Порою вне закона.

Умейте забывать. И плакать в одиночку.
Стирать все фото. Чистить свой архив.
Нажать delete. И просто ставить точку.
Стирая смс, пометкой» удалить».

Умейте не хранить тоски всей мегабайты
Все то, что важное осталось для вчера
Умейте забывать. Хоть это и печально.
Умейте удалять ушедших номера.

грустные | красивые | Ксения Газиева |

Точки над «и» расставляешь сразу:
Время твоё – вода.
Самая лживая в мире фраза –
«Я с тобой навсегда».


Теперь я знаю: всё когда-нибудь остынет,
Идите к чёрту с вашим «навсегда» —
Я предпочту стреляющих мне в спину,
Чем тех, кто беспощадно врёт в глаза…

грустные | короткие | Эль Твит |

Цвет предательства – белая ночь,
Одиночество – больше не пытка.
Говоришь, что хотел мне помочь?
У тебя есть вторая попытка…

Вкус предательства – пресная соль,
Жажда мести осушит озера.
Говоришь, тоже чувствуешь боль?
Я не смею тебе стать укором...

Звук предательства – сдавленный крик.
Стрелы могут однажды вернуться.
Расскажи, что ты вспомнишь в тот миг,
Перед тем, как решишь не проснуться?


Вы представьте, как ноет душа…
Как она от обиды плачет,
Как забившись одна в уголок
В кулачок свои слёзы прячет.

Как не хочется ей показать,
Что она опять недовольна,
Что раздавлена и грустна
И сегодня ей… очень больно.

Вы представьте… как тяжело
Делать вид «ничего не случилось»,
А при этом… сердце толкать,
Чтоб оно веселее билось…

Настроение пытаться поднять
И собрать… последние мысли,
Те, что вновь от печали — тоски
Разбежались и где-то… зависли.

Доброта, прошу: «Перестань
Как всегда по головке гладить
Тех, кто в гости к тебе пришел
С одной целью — в душу нагадить.»


И отшумит тот шум и отгрохочет грохот,
которым бредишь ты во сне и наяву,
и бредовые выкрики заглохнут,-
и ты почувствуешь, что я тебя зову.
И будет тишина и сумрак синий…
И встрепенешься ты, тоскуя и скорбя,
и вдруг поймешь, поймешь, что ты
блуждал в пустыне
за сотни верст от самого себя!


Оставь нас с музыкой вдвоем,
Мы сговоримся скоро –
Она бездонный водоем –
Я призрак, тень, укора.
Я не мешаю ей звенеть, -
Она поможет – умереть.


Я иду по лезвию бритвы:
Мне больно, но я иду…
Все сомнения, все грехи мои
На спине, согнувшись, несу.
Я не плачу, нет! Стиснув зубы,
Я шагаю по красной тропе:
Потускнели глаза, блеклы губы…
Но я все же иду к тебе.
Не увидишь ты человека,
Ты увидишь лишь душу мою.
Я приду к тебе хоть на край света –
Через адскую боль, но приду.


Так проходили годы, откинув снов вуаль.
Так утекали воды в мутнеющий хрусталь.
Что в памяти осталось? Печатный книжный лист,
Концертный зал и платья вечернего батист,
Дрожь в пальцах, вдохновенье, поэзия в крови,
Труды - по наставленью, искусство - по любви.
Я так стремилась к счастью, что не могла успеть,
Звук наполняя страстью, судьбу хотела спеть
На выдохе мгновений, синкопами разлук
Я оставляла мысли в ладонях теплых рук.
Я оставляла искры бессонного огня.
В той юности беспечной осталась часть меня.


Как тяжело поставить точку,
Заставить сердце все забыть,
Отрезать от него кусочек,
И дальше жить, но не любить.
По вечерам глядеть в компьютер,
Мобильник свой не доставать,
Всем сердцем ненавидеть утро,
Ведь ночью невозможно спать.
От слез уже опухли веки,
И ни о чем нет сил просить,
Но сколько ж воли в человеке —
Он может это пережить!
Сложить поломанные крылья,
Засунуть их на антресоль,
Забыть все то, что стало былью
И ждать, пока утихнет боль…


В самое сердце… над ним … пониже…
Будто вонзили в меня ножи.
Господи-боже, ведь кто-то выжил…
Кто-то же смог с этим дальше жить?!

Что же меня отпустить не хочет
Боль, что таскаю и день, и ночь?
Раны, как свежие, кровоточат:
Раны, что больше терпеть невмочь.

Эти предательства и обиды,
Твой бесконечный вранья поток…
Как ты хорош и участлив с виду,
Только на деле, увы, жесток.

Что же ты сделал со мной? А, впрочем,
Так ли уж важен теперь ответ…
Сердце, что порвано просто в клочья,
Мне по кускам собирать сто лет.

«Верьте: со временем станет легче!» -
Новая порция глупой лжи...
......................
Это неправда, что время лечит:
Время лишь учит нас с болью жить.

грустные | про боль в душе | Вихарева Юлия |

Передайте Ему. Что я очень скучаю,
Что ношу его фото в своем кошельке.
Мне мерещится он. И на миг замираю,
Если кто- то похожий стоит вдалеке.

Передайте Ему. Он со мною повсюду,
В тихом шелесте трав. В белой пудре снегов.
Я Его не забыла! Я Его не забуду!
И молю за него все на свете Богов!!!

Передайте Ему. Что под вечер у дома,
Я все жду его легких, негромких шагов,
И меняет сезон за окном время года,
Пробираясь ночами мне памятью снов.

Передайте Ему. Я прошу, передайте!
Я б сама...но не знаю, куда написать!
Только мелом пишу я на мокром асфальте,
Да стихами пытаюсь его отыскать.

Передайте Ему. Что я долго хранила
" Я вернусь, обещаю!"- надежду из фраз,
Передайте Ему. Что смогла - подарила,
Наградив его сына той копией глаз.

Передайте Ему. Что порою мне сложно,
Но я очень надеюсь. И все еще жду...
Передайте Ему. Если это возможно,
Что по- прежнему имя под сердцем храню.

Ну а если совсем не захочет он слушать
Значит в жизни для нас у него места нет,
Значит он все забыл. И с другой Ему лучше,
Передайте Ему тогда просто "привет"...

грустные | красивые | Ксения Газиева |

Пролилась первая кровь.
Впиталась в чёрную землю.
То, что создала Божья любовь,
Человек уподобил пеплу.

Пролилась, траву оросив,
А земля с дикою болью,
Этот вкус впервые вкусив,
Отравилась невинною кровью.

Каин кровь не заметил у ног,
О цветы руки вытер печально...
И не слышал, как кровь вопиёт,
Как кричит в небеса отчайно.

К Богу Авеля кровь воззвала
И Господь поспешил заступиться
Но не ведала наша земля
Сколько крови ещё будет литься.

Сколько крови придётся испить
В годы войн и в столетия споров,
Как легко люди смогут убить,
Наступая на Божие Слово.

Кровь мужчин. Кровь девиц. Кровь детей.
Жертв насилия, денег и власти ,
Жертв блуда и странных идей,
Жертв обмана, абортов и страсти...

И запалакала горько земля:
"Посмотри, Боже, что здесь творится!?
Ты позволил унизить Себя!
Не пора ли Тебе разозлиться?!

Может их навсегда истребить?
Не хотят они измениться!"
Но Господь отвечал:" Истребить?
А быть может к убийцам спуститься?

Пусть не долго дадут Мне пожить,
Но Я всё же хочу Им открыться,
Я хочу научить их любить,
Я хочу им помочь измениться."

И Святой сошёл к палачам -
В нищите и гоненьях родился...
Ноги мыл человечеству Сам,
Пред убийцами Он преклонился...

Но услышав святые Слова,
Человеческий ум возмутился.
И прошла средь народа молва,
Что опаснее Он, чем убийца!

Вот - над миром распяли Христа.
Вот - на крест любовь пригвоздили...
И впитала, рыдая, земля
Кровь святую, что люди пролили.

Вот- она, траву оросив...
Оросить смогла всю планету.
И людские сердца убелив,
Обратила планету ко свету.

Эта кровь и сегодня свежа,
До сих пор совершая спасенье,
Но тогда чудной Крови Христа,
Палачи не придали значенья.

Но с тех пор эта Кровь не молчит,
Вопиёт Кровь Христа Назорея,
День и ночь непрестанно кричит
И для грешников просит прощенья.

И умолкла Авеля кровь,
Что возмездия вопрошала...
Ведь отныне Христова любовь
Все людские грехи покрывала.

И сейчас для любого греха,
Мой Господь раны вновь открывает
И пронзённая с неба рука
Своей Кровью сердца омывает.

О покайся пред Ним! Поспеши!
Жизнь с Ним настолько прекрасна!
Человек! Я прошу, не греши!
Кровь Иисуса не лей ты напрасно.


Пройдут года,
Пройдут века, ты вспомни их
Из далека.
Как теплым летом вместе вы сидите и молчите,
Как смотрите друг другу вы в глаза,
Как видете что он уже ухоти.
Ты просто посмотри из далека...


Бьёт больнее всегда, тот кто рядышком был…
Тот, кто клялся в любви, а потом уходил…
Кому веришь, кому всю себя отдаёшь…
А в ответ — словно псину, продаст ни за грош…
Как Иуда предаст… да ещё поцелует,
И прошепчет чуть слышно: " Я не знал, что так будет…»


Я не ищу причин к тебе быть ближе,
И взглядом не ищу твое окно.
И мне совсем не больно слышать
Твой голос, вот уже давным-давно.
Не наберу я вечером твой номер,
Звонок твой не нарушит тишину...
И теплой ночью, тихо и спокойно,
Смотря в глаза чужие, я усну.
Ты не приснишься мне - я точно знаю,
Не стоило об этом и жалеть...
Но траур лентой в душу заплетая,
Зачем-то вновь гоню ее под плеть.
И сигарету закурю невольно,
Под грустный шум осеннего дождя,
Чтоб хоть на миг забыть - как больно...
Как это больно - не любить тебя.


Зачем истязаю себя?-
Ведь это никто не оценит,
Страдаю, рыдаю любя?..-
Ведь слезы ничто не изменят!

До боли имя кричать
Запретное и родное!...
Я слишком умела ждать.
Я слишком ждала покоя.

В руках тебе принесла
Осколок разбитого сердца –
Не принял ты скромный мой дар.
Куда с этой ношей мне деться?...

Я снова куски собрала
Кровавые и воедино
Их накрепко сшить я смогла,
К груди привязав насильно.

Рвалось, страшным криком крича,
Мое сердце, меня предавая,
К тому, кто его растерзал
И отверг, растоптав ногами!

Ах, глупое… что же ты?!
Слепое… себя ты губишь!..
Разбейтесь, пустые мечты!!!
Ах, сердце!!!... – но ты же любишь…

Вот вырвалось – и ушло.
На мольбы не ответив ни слова,
Лишь вслед прошептало одно:
«Да, Ксюш… мне не надо другого.»

Теперь бессердечная я:
В груди больной тихо и пусто.
Но память, как прежде жива,
И так без сердечка грустно…

А как оно там, с тобой?
Дорогу к тебе нашло ли?
Не бей… - прикоснись рукой,
Прошу… - ему хватит крови.

Сердечко не бей… - оно плачет.
А если не любишь – прости…
Ему быть с тобой – много значит,
Сердечко не может уйти.

…Опять истязаю себя,
И, верится, кот-то оценит.
Страдаю, рыдаю любя…
Так легче… Но все не изменит!

Всю душу я излила
И чувства, что били фонтаном,
Ладонью прикрыв на груди
Пустую и свежую рану.


Вроде бы есть всё… а пусто.
Вроде бы радость… а грустно.
Вроде бы много… а мало.
Вроде не хочешь… а надо.
Вроде бы любишь… не знаешь.
Вроде бы правда… лукавишь.
Вроде бы плачешь… немножко.
Вроде вся жизнь понарошку.


Как жаль, что их всё меньше, и всё меньше...
Нормальных и порядочных семей.
Всё меньше любящих домашних женщин.
Всё меньше благодарных сыновей.

Всё меньше дочек...ласковых, послушных,
Которые в семье, как светлячки.
И бабушек, хранящих наши души,
И дедушек, несущих им очки.

Мужей всё меньше...верных и надёжных,
Чьё слово твёрже, чем любой алмаз,
С которыми делить почётно ложе
И самый трудный неподъёмный час.

Всё меньше общих и уютных будней
И круглых примиряющих столов.
Всё меньше..."мы с тобою рядом будем",
Понятное без всяких фраз и слов...

Как жаль, что их всё меньше, и всё меньше...
Таких прекрасных и простых семей.
Мужчин достойных и достойных женщин,
Родителей счастливых и детей...

грустные | красивые | Вита Савицкая |

Посредине панели
Я заметил у ног
В лепестках акварели
Полумертвый цветок.
Он лежал без движенья
В белом сумраке дня,
Как твое отраженье
На душе у меня


Страшно не то, что иней упал на ресницы,
Страшно — когда в ладонях не тает снег.
Холод не там, где по Цельсию минус тридцать,
Холод — когда в груди замерзает смех.

грустные | короткие | Лора Бейкул |

Ну вот и всё!

Расставлены все точки.

И снова на душе кромешный ад,

Расставлены все точки. И снова на душе кромешный ад,

И снова пустота,

Лишь множество осколков,

И сердце не собрать из них назад.

Была любовь? А может быть влюбленность?

Но в миг всё кончилось

Как-будто страшный сон.

Так больно быть покинутой любимым.

Как обмануть меня он смог?

Но что поделать надо как то жить.

И завтра снова буду улыбаться,

И делать вид что всё в порядке у меня.

Ах черт возьми, устала притворяться!

Но слёз вы не увидите моих!

Я соберу всю силу, что осталась,

Сожму в кулак и буду дальше жить.

Шутить, язвить, а может и хамить

И приложу, поверьте, все усилья,

Чтоб в будущем смогла любить!


Я закрываю Сердце — на замок…
Простите те — кто не успел согреться…
Я пробовала жить — с открытым сердцем…
Не получилось… Вынесла урок….

Чертовски сложно — верной быть себе…
Чертовски сложно — быть тому неверной…
Которому в Любви — призналась первой…
Хотела многого — осталась в пустоте…

Я закрываю свое Сердце — навсегда….
По крайней мере, на года, я знаю точно….
Я буду гордой… независимой… порочной…
Но в Сердце больше — не поселится беда….

Я так старалась жить… И, видит Бог…
Я так… умела…Я почти… сломалась…
Смотрите – вот, что от меня осталось…
Я закрываю…. Сердце… на замок…


А холодно не только от погоды:
От снега, или дождика сырого —
Мы замерзаем, проживая годы…
Не понимая важности простого —
Не в деньгах радость, чине или власти…
Им дела нет — здоров ты иль простужен,
Простое человеческое счастье —
Когда есть те, кому ты очень нужен.
Кто ждёт тебя домой, глядя в окошко,
И без притворства сердцем обнимает.
Не страшно, если в доме хлеба — крошка…
Страшней, когда любви там не бывает…


Я сама порой не понимаю:
Хочу остаться иль уйти?
Часами молча обниматься,
Или навсегда тебя забыть?

Без взаимности писать" любимый "
Или спокойно говорить,
Что всё прошло, я стала вновь счастливой,
А ты всего лишь в моем прошлом был?

Но помощи просить нет смысла,
Никто не знает ведь ответ.
А я порой смотрю на фото, где мы вместе,
И мечтаю о точь-в-точь таком же, только спустя десяток долгих лет.

А помнишь, как мы ссорились ночами,
А утром было стыдно за вчера?
Как я беспечно извинялась,
А ты в ответ лишь нежно целовал меня?

И мы вели себя порой как дети, помнишь?
И как играли мы в снежки,
И как вдвоем в снегу валялись,
Не замечая, как проходят быстрые часы?

Ты, может, скажешь, что этого не помнишь,
И что давно уже забыл,
А я буду, честно, откровенна
И расскажу, кем ты в моей жизни был.

Воспоминания всё делают сложнее,
Как будто держат, не дают уйти,
Возможно, нужно просто стать сильнее,
Сказать:" Прощай, за всё прости ".

Но будет сложно жить,
Когда нельзя смотреть назад,
Я не хочу так, но Бог мне говорит,
Что нужно научиться отпускать.

грустные | длинные | Olya Solovyova |

1 2 3 »