Стихи » маме » длинные

Красивые, душевные и трогательные до слез стихи маме длинные затронут душу ваших близких!

Мама говорила:"Уходят все,
Да и ты не липни цветком к росе,
Пчелы улетят, а с ними мед..
Кто тебя без меда к себе возьмет?"

Мама говорила: "Не плачь, всё соль.
Как ушла, так и придешь, босой.
Хочешь, приезжай на пироги?"
А сама молила-"Бог помоги,

Помоги усталой моей кровинке,
Я уже прошла, а ей в новинку
Пальцы разжимая,утробно выть,
Отпуская тех,кого не забыть.."

Мама говорила..А дальше тишь.
По небесной связи ты, мам, услышь:
"Ровно и бездушно уходят все,
И не тянет больше цветок к росе,

И молитва чаще мне в душу вхожа,
Дочь сказала, что на тебя похожа.."
Я с утра настряпала пироги,
Ты ей ,Господи, помоги…

маме | длинные |

Сейчас мне всего лишь годик
И я заболел немного…
По комнате мама ходит
И просит о чём-то Бога…

Я вижу, как плачет мама…
Её так легко обидеть.
Я буду здоровым самым,
Чтоб слёзы её не видеть…

Мне десять… Подрался в школе.
Синяк… В дневнике – не очень…
Я маме съязвил фривольно,
Что я ведь пацан, не дочка…

И вижу, как плачет мама,
Волнуясь опять за сына…
Я буду достойным самым…
Я должен расти мужчиной…

Я вырос и мне пятнадцать…
Гулять не пускают снова.
А мне-то пора влюбляться,
Но мама со мной сурова…

Я вижу, как плачет мама,
Увидев мой блог в инете…
Я буду культурным самым,
Чтоб слёзы не видеть эти…

Мне двадцать… Женюсь, ребята!
Невеста с татуировкой…
Ну, мам, не суди предвзято…
Ей тоже уже неловко…

Я вижу, как плачет мама,
Невестку обняв, как дочку,
И шепчет: «Будь самой-самой,
Роди для него сыночка!»

Мне сорок… Жена и дети,
А в сердце надежда тлеет…
И солнце так тускло светит,
Ведь мама моя болеет…

Я плачу и шепчет мама,
Увидев слезу мужскую:
«Я буду здоровой самой,
Ведь вами, сынок, дышу я…»


Тяжелое детство мне пало на долю:
Из прихоти взятый чужою семьей,
По темным углам я наплакался вволю,
Изведав всю тяжесть подачки людской.

Меня окружало довольство, лишений
Не знал я,- зато и любви я не знал,
И в тихие ночи тревожных молений
Никто над кроваткой моей не шептал.

Я рос одиноко... я рос позабытым,
Пугливым ребенком,- угрюмый, больной,
С умом, не по-детски печалью развитым,
И с чуткой, болезненно-чуткой душой...

И стали слетать ко мне светлые грезы,
И стали мне дивные речи шептать,
И детские слезы, безвинные слезы,
С ресниц моих тихо крылами свевать!..

Ночь... В комнате душно... Сквозь шторы струится
Таинственный свет серебристой луны...
Я глубже стараюсь в подушки зарыться,
А сны надо мной уж, заветные сны!..

Чу! Шорох шагов и шумящего платья...
Несмелые звуки слышней и слышней...
Вот тихое «здравствуй", и чьи-то объятья
Кольцом обвилися вкруг шеи моей!

«Ты здесь, ты со мной, о моя дорогая,
О милая мама!.. Ты снова пришла!
Какие ж дары из далекого рая
Ты бедному сыну с собой принесла?

Как в прошлые ночи, взяла ль ты с собою
С лугов его ярких, как день, мотыльков,
Из рек его рыбок с цветной чешуею,
Из пышных садов - ароматных плодов?

Споешь ли ты райские песни мне снова?
Расскажешь ли снова, как в блеске лучей
И в синих струях фимиама святого
Там носятся тени безгрешных людей?

Как ангелы в полночь на землю слетают
И бродят вокруг поселений людских,
И чистые слезы молитв собирают
И нижут жемчужные нити из них?..

Сегодня, родная, я стою награды,
Сегодня - о, как ненавижу я их!-
Опять они сердце мое без пощады
Измучили злобой насмешек своих...

Скорей же, скорей!.."
И под тихие ласки,
Обвеян блаженством нахлынувших грез,
Я сладко смыкал утомленные глазки,
Прильнувши к подушке, намокшей от слез!..


От чистого сердца,
Простыми словами
Давайте, друзья,
Потолкуем о маме.

Мы любим ее,
Как хорошего друга,
За то, что у нас
С нею все сообща,

За то, что, когда
Нам приходится туго,
Мы можем всплакнуть
У родного плеча.

Мы любим ее и за то,
Что порою
Становятся строже
В морщинках глаза.

Но стоит с повинной
Прийти головою —
Исчезнут морщинки,
Умчится гроза.

За то, что всегда
Без утайки и прямо
Мы можем доверить
Ей сердце свое.

И просто за то,
Что она — наша мама,
Мы крепко и нежно
Любим ее.


Здравствуй, мама, у нас уже осень,
Да вернее давно…не уже…
Жёлтых листьев домой не приносим,
Да и красные не по душе.

Бурым хламом лежат на асфальте,
От дождей полинял их наряд
И деревья в оборванных платьях
Сиротинками словно стоят.

Знаешь, мама, весь воздух пропитан
Чем-то горьким, а чем - не пойму,
В небе сером, дождями испитом
Вновь прозрачную вижу луну.

Запрокину лицо - чьи-то слёзы
Застилают мне снова глаза,
Плакать поздно, бессмысленно поздно-
Стоголосьем в душе голоса.

Знаешь, мама, я очень скучаю
И никак не привыкну к мысли,
Что меня ты встретишь молчаньем
Улыбаясь мне с обелиска…


Когда снежинки с неба полетели
и город весь давно уже затих,
так хочется поговорить о главном
и написать один душевный стих.
Ты помнишь: детство. Ночь. И ты в кроватке.
Все в мире безмятежность и покой.
И голос этот бесконечно сладкий,
как-будто Бог беседует с тобой.
Волшебные чарующие звуки,
как-будто с неба ангелы поют,
и ласковые мамочкины руки
покой внушают, создают уют.
Пусть за окном морозы и метели —
так хорошо, уютно в колыбели…

Потом взрослел, учился без поддержки
ходить и падать, шишки набивал.
Но мама пристально за тем следила,
и ты, конечно же, об этом знал.
Ты вспоминаешь, памятью вернувшись
мятежные года, когда ты рос,
тебя штормило, но посильно было
ей за тебя решить любой вопрос.
Наш мир жесток, и это каждый знает,
опасность караулит там и тут,
в житейских бурях по волнам кидает,
но, безусловно, каждый твердо знает —
есть место, где тебя все время ждут.
Туда придешь усталый и голодный
израненный, обиженный на мир,
а мама ободрит и успокоит,
она — твой главный в жизни ориентир.
По жизни нас штормит, как в океане,
жизнь наша — словно быстрое кино.
Но если плещется вино в стакане,
у Бога мы попросим лишь одно:
ты будь здоровой и счастливой самой,
любимая нам бесконечно мама!
Пускай годы на тебе не отразятся,
не бороздят морщинки на челе
пусть маме будет бесконечно двадцать,
как-будто вечна юность на земле!

Так хочется к Вселенной обратиться
и попросить, чтоб счастлив был навек
(и пусть подольше жизнь его продлится)
твой самый главный в мире человек!


С кем первым мы встречаемся,
Придя на белый свет, —
Так это наша мамочка,
Ее милее нет.

Вся жизнь вокруг нее вращается,
Весь мир наш ею обогрет,
Весь век она старается
Нас уберечь от бед.

Она — опора в доме,
Хлопочет каждый час.
И никого нет кроме,
Кто так любил бы нас.

Так счастья ей побольше,
И жизни лет подольше,
И радость ей в удел,
И меньше грустных дел!


Мама…Я хочу к тебе прижаться
И тебя поцеловать,
На твоей груди остаться
И о жизни рассказать.

Как живётся мне не сладко,
Как порою тяжело,
Как я плачу, чтоб не видел
Из родных бы слёз никто.

Не могу смериться, мама,
Нет той прежней, нет меня….
Как мне трудно моя мама,
Очень трудно без тебя.

Ты жила и я старалась,
Сильной быть, помочь тебе…
Тебя нет, и я сломалась…
Стало очень тяжело…

Твоё фото, что в альбоме
Молча, смотрит на меня…
Ну, скажи, скажи хоть слово,
Пожалей, прошу меня…

Ты не знала меня слабой,
Слёз не лила при тебе…
Я устала очень мама
И мне хочется к тебе.


Прекрасных слов ты не найдёшь на свете,
Которых можно бы собрать
В букет цветов,
И чувства эти

Одним лишь словом
Всё назвать.
Мой ангел, нежная душа!
Цветов любви и доброта.

О мама, милая моя!
Одна лишь ты
Поймёшь меня.
Согреешь в холод, непогоду,

Обнимешь нежною рукой,
Поможешь справиться с бедой,
Укроешь от любых ненастий.
Ты лучик мой, ты моё счастье!


Есть много песен о любви.
Еще со школьных лет
Мы знаем — Родина одна:
Любви той выше нет.

Слагают песни о любви,
О материнской доле,
О песне жаворонка в небе,
Звенящем хлебном поле.

Спасибо, мама, за любовь!
Прости за боли и тревоги.
Спасибо, мамочка, за все.
Поклон тебе мой низкий в ноги!

Ты, в моей жизни — капитан
И исповедник, и хранитель,
Глоток воды в пустыне знойной,
Мой друг, наставник и учитель.

Есть много песен о любви —
Нет оды для свекрови,
Ведь мать одна судьбой дана,
По паспорту и крови.

А я своей скажу: люблю!
Другой такой нет в целом свете!
Мама вы — вовсе не свекровь.
Ваш сын и я — мы ваши дети.

Спасибо, мамочка, за все!
Пусть вас обходят все тревоги,
Улыбка светится в глазах,
И будут легкими дороги.


Платьев у мамы
Ну прямо
Не счесть.
Синее есть
И зеленое есть,
Есть голубое
С большими цветами –
Каждое служит
По-своему маме.

В этом уходит
Она на завод,
В этом в театр
И в гости идет,
В этом сидит,
Занята чертежами...
Каждое служит
По-своему маме.

Брошен небрежно
На спинку кровати
Старый, потрепанный
Мамин халатик.
Я подаю его
Бережно маме,
А почему –
Догадаетесь сами:
Если наденет
Халатик цветной,
Значит, весь вечер
Пробудет со мной.


Добра моя мать. Добра, сердечна.
Приди к ней - увенчанный и увечный -
делиться удачей, печаль скрывать -
чайник согреет, обед поставит,

выслушает, ночевать оставит:
сама - на сундук, а гостям - кровать.
Старенькая. Ведь видала виды,
знала обманы, хулу, обиды.

Но не пошло ей ученье впрок.
Окна погасли. Фонарь погашен.
Только до позднего в комнате нашей
теплится радостный огонек.

Это она над письмом склонилась.
Не позабыла, не поленилась -
пишет ответы во все края:
кого - пожалеет, кого - поздравит,

кого - подбодрит, а кого - поправит.
Совесть людская. Мама моя.
Долго сидит она над тетрадкой,
отодвигая седую прядку

(дельная - рано ей на покой),
глаз утомленных не закрывая,
ближних и дальних обогревая
своею лучистою добротой.

Всех бы приветила, всех сдружила,
всех бы знакомых переженила.
Всех бы людей за столом собрать,
а самой оказаться - как будто!- лишней,

сесть в уголок и оттуда неслышно
за шумным праздником наблюдать.
Мне бы с тобою все время ладить,
все бы морщины твои разгладить.

Может, затем и стихи пишу,
что, сознавая мужскую силу,
так, как у сердца меня носила,
в сердце своем я тебя ношу.


Заря окликает другую,
Дымится овсяная гладь...
Я вспомнил тебя, дорогую,
Моя одряхлевшая мать.

Как прежде ходя на пригорок,
Костыль свой сжимая в руке,
Ты смотришь на лунный опорок,
Плывущий по сонной реке.

И думаешь горько, я знаю,
С тревогой и грустью большой,
Что сын твой по отчему краю
Совсем не болеет душой.

Потом ты идешь до погоста
И, в камень уставясь в упор,
Вздыхаешь так нежно и просто
За братьев моих и сестер.

Пускай мы росли ножевые,
А сестры росли, как май,
Ты все же глаза живые
Печально не подымай.

Довольно скорбеть! Довольно!
И время тебе подсмотреть,
Что яблоне тоже больно
Терять своих листьев медь.

Ведь радость бывает редко,
Как вешняя звень поутру,
И мне - чем сгнивать на ветках -
Уж лучше сгореть на ветру.


Мама спит, она устала…
Ну, и я играть не стала!
Я волчка не завожу,
Я уселась и сижу.

Не шумят мои игрушки,
Тихо в комнате пустой,
А по маминой подушке
Луч крадётся золотой.

И сказала я лучу:
– Я тоже двигаться хочу.

Я бы многого хотела:
Вслух читать и мяч катать.
Я бы песенку пропела,
Я б могла похохотать…

Да мало ль я чего хочу!
Но мама спит, и я молчу.

Луч метнулся по стене,
А потом скользнул ко мне.
«Ничего, – шепнул он будто, –
Посидим и в тишине!»


Пахнет рыхлыми драченами,
У порога в дежке квас,
Над печурками точеными
Тараканы лезут в паз.

Вьется сажа над заслонкою,
В печке нитки попелиц,
А на лавке за солонкою -
Шелуха сырых яиц.

Мать с ухватами не сладится,
Нагибается низко,
Старый кот к махотке крадется
На парное молоко.

Квохчут куры беспокойные
Над оглоблями сохи,
На дворе обедню стройную
Запевают петухи.

А в окне на сени скатые,
От пугливой шумоты,
Из углов щенки кудлатые
Заползают в хомуты.


Она совсем немного опоздала,
спеша с вокзала с пёстрым узелком.
Ещё в распахнутые окна зала
виднелось знамя с золотым древком,
ещё на лестнице лежала хвоя,
и звук литавр, казалось, не погас…

Она прошла с дрожащей головою,
в глухом платке, надвинутом до глаз.
Она прошла походкою незрячей,
водя по стенам сморщенной рукой.
И было страшно, что она не плачет,
что взгляд такой горячий и сухой.

Ещё при входе где-то, у калитки,
узнала, верно, обо всём она.
Ей отдали нехитрые пожитки
и славные сыновьи ордена.

Потом старуха поднялась в палату, -
мне до сих пор слышны её шаги, -
и молчаливо раздала солдатам
домашние ржаные пироги.


Мне мама всё дала на свете,
Тепло, и ласку, и любовь.
Всегда давала мне советы,
Когда не знал я нужных слов.

Она глаза на мир открыла,
И показала в жизни путь.
Всегда так искренно любила,
И разгоняла горе, грусть.

Когда я плакал, утешала,
Когда мне было тяжело.
Всегда ты нежно обнимала,
Я чувствовал твоё тепло.

Я счастлив, что ты есть, родная,
Ты лучше всех, ценней всего.
Моё ты счастье, дорогая,
Не нужно больше ничего.

Когда есть мама, жизнь прекрасна,
Она ведь ангел на земле.
Она как лучик солнца ясный,
Она как звёзды в небе все.

Друзья, вы матерей цените,
Ведь рядом будут не всегда.
Любите их, и дорожите,
Не забывайте никогда!


Все я делаю для мамы:
Для нее играю гаммы,
Для нее хожу к врачу,
Математику учу.

Все мальчишки в речку лезли,
Я один сидел на пляже,
Для нее после болезни
Не купался в речке даже.

Для нее я мою руки,
Ем какие-то морковки…
Только мы теперь в разлуке,
Мама в городе Прилуки

Пятый день в командировке.
И сегодня целый вечер
Что-то мне заняться нечем!
И наверно по привычке

Или, может быть, от скуки
Я кладу на место спички
И зачем-то мою руки.
И звучат печально гаммы
В нашей комнате. Без мамы.


В старом вальсе штраусовском впервые
Мы услышали твой тихий зов,
С той поры нам чужды все живые
И отраден беглый бой часов.

Мы, как ты, приветствуем закаты,
Упиваясь близостью конца.
Все, чем в лучший вечер мы богаты,
Нам тобою вложено в сердца.

К детским снам клонясь неутомимо,
(Без тебя лишь месяц в них глядел!)
Ты вела своих малюток мимо
Горькой жизни помыслов и дел.

С ранних лет нам близок, кто печален,
Скучен смех и чужд домашний кров...
Наш корабль не в добрый миг отчален
И плывет по воле всех ветров!

Все бледней лазурный остров — детство,
Мы одни на палубе стоим.
Видно грусть оставила в наследство
Ты, о мама, девочкам своим!


Пред тобой я склоняю колени,
Моя добрая, милая мать.
Как люблю я тебя, к сожаленью,
Не успела тебе я сказать.

Не успела, так часто бывает,
Все казалось еще впереди,.
Жизнь так быстро порой угасает,
Смотришь — руки уже на груди…

А душа улетела, не слышит,
И спеши — не спеши, не догнать.
Только ветер калитку колышет
И пытается что-то сказать.

Я сегодня калитку прикрою
И с тобой посижу в тишине.
Свою тайну тебе я открою:
Пусто мне без тебя на Земле.


Нам мама жизнь подарила,
С ней было уютно кругом.
В лихую минуту спасала
Душевным своим теплом.

Нам мама роднее на свете,
Путеводная наша звезда.
Что же творите, вы, дети?
Грустнеют у мамы глаза…

Как часто вы с ней говорите
Про жизнь, про семью, про любовь?
Хоть изредка позвоните,
Вы ж с нею — единая кровь!

Нет мамы роднее на свете,
И не дай Бог вам понять,
Когда у вас выросли дети
И некого вам обнимать…


Напиши мне письмо, мама,
Пару строчек твоим почерком.
Я себя сейчас, как ни странно,
Никудышней считаю дочерью.

Жадно буквы ловить стану,
Посчитаю все многоточия…
Я скучаю, тоскую, мама,
Ты приснись мне сегодня ночью!

Напиши мне хоть пару строчек,
Я дыханье твое слышу.
Самолетом станет листочек -
Я к тебе приземлюсь на крышу.

Я к тебе постучу в окна,
Ты проснешься сегодня рано.
Напишу на асфальте мокром:
Я люблю тебя, милая мама!


"Мама, милая, не мучь же!
Мы поедем или нет?"
Я большая, — мне семь лет,
Я упряма, — это лучше.

Удивительно упряма:
Скажут нет, а будет да.
Не поддамся никогда,
Это ясно знает мама.

"Поиграй, возьмись за дело,
Домик строй". — "А где картон?"
"Что за тон?" — "Совсем не тон!
Просто жить мне надоело!

Надоело… жить… на свете,
Все большие — палачи,
Давид Копперфильд"… — "Молчи!
Няня, шубу! Что за дети!"

Прямо в рот летят снежинки…
Огонечки фонарей…
"Ну, извозчик, поскорей!
Будут, мамочка, картинки?"

Сколько книг! Какая давка!
Сколько книг! Я все прочту!
В сердце радость, а во рту
Вкус соленого прилавка.